10.04.13. Классические литературные мотивы в культуре эпохи Токугава (1603-1867)

Елена Михайловна Дьяконова

Елена Михайловна Дьяконова

 

Эпоха Токугава (1603-1867 гг.) – это время возрождения интереса к дворцовой  культуре эпохи Хэйан (794-1194 гг.), к ее идеям, ценностям, художественным особенностям. Особенно ярко проявилось стремление не столько возродить, сколько приобщиться к этим ценностям, воспроизводя мотивы из «Повести о Гэндзи» (源氏物語 Гэндзи моногатари, XI в.), – наиболее почитаемого в Японии обширного произведения, которым озаглавлена вся японская литературная традиция. Автор его, писательница Мурасаки-сикибу, придворная дама императрицы Акико, написала «в зыбкой, неясной манере» (1) произведение в жанре моногатари (物語 «повествование о вещах») (2) в 54 свитках, где с неподражаемым мастерством изобразила жизнь нескольких поколений  аристократов и историю блистательного принца Гэндзи (3). Подобное пристальное внимание к произведению, насчитывавшему к XVII в. около 600 лет бытования в культуре, имеет несколько объяснений. Во-первых, в эпоху объединения страны после веков раздробленности и войн высвободились силы для осознания с новой ясностью своего классического наследия. Появилась филологическая Школа национальной науки (Кокугакуха), виднейшие представители которой  Мотоори Норинага, Камо Мабути много сделали для «возвращения» главных памятников древности и средневековья и обретения ими подобающего места в  культурном ландшафте. Сыграло роль и то, что в эпоху мира правительство наставляло самураев на «путь литературы».

В эпоху Токугава на фоне почти поголовной грамотности процветало книгопечатание (с 20-х гг. XVII в.), вокруг множества коммерчески успешных издательств, типографий, книжных лавок группировались  писатели, поэты, художники для издания огромного, не поддающегося учету количества произведений в жанре гэсаку (4) 戯作, переложений пьес театра Кабуки, сборников стихов в жанре рэнга (連歌 «нанизанные строфы») и хайкай (俳諧 трехстишия хайку, юмористические и серьезные) и многого другого. На этом фоне «Повесть о Гэндзи» становится «популярной классикой», образы героев, мотивы и сюжеты повести распространяются во всех слоях общества, то ли в виде рукописных либо ксилографических оригиналов текста, то ли в виде  разнообразных версий, в том числе и «народных», «городских», «поэтических» переложений, пересказов о блистательном принце Гэндзи. Кроме того появляются в большом количестве новые комментарии к Гэндзи, краткие версии, переводы на язык XVI-XVIII вв., разъяснения, адаптации, ширмы с иллюстрациями и выдержками из текста Гэндзи, книги с картинками типа манга.

Разные слои общества читали разные версии Гэндзи моногатари. Горожане (купцы, ремесленники и их жены и дочери) скорее рассматривали книги с картинками, гравюры на темы Гэндзи, читали краткие версии, версии для женщин, переводы на разговорный язык; широко пользовались вещами с изображением мотивов из романа: например, лаковыми и шелковыми изделиями, керамикой, ширмами. Аристократы, самураи высших рангов читали рукописные и ксилографические списки с оригинала Гэндзи моногатари, краткие версии, изучали генеалогические древа персонажей, хронологию романа по таблицам нэмпё, а также «ученые труды» - комментарии к тексту романа, размышления на тему основных эстетических и нравственных категорий романа. 

Возникает целая система поджанров подражания, имитации, пародий, фантазий на темы на «Гэндзи», причем некоторые пародии, например, формируют новые линии трактовки мотивов романа на юмористический лад.

 



(1) Так писал о стиле Мурасаки Сикибу крупнейший филолог эпохи Мотоори Норинага в книге «Драгоценный гребень».

(2) Далее в статье термин «роман» используется условно.

(3) «Повесть о Гэндзи» Мурасаки Сикибу начинается словами о рождении у императора Кирицубо сына: «Родился у них мальчик, каких еще не бывало в мире, прекрасный, словно драгоценная жемчужина». Пер. Т.Л. Делюсиной.

(4) Гэсаку – литературоведческий термин, который покрывает собой разнообразную беллетристическую литературу XVIII-XIX вв. от юмористических книжек с картинками до длинных исторических романов. Читали их самые разнообразные читатели от сёгунов до полуграмотных простолюдинов. Термин придумал писатель Хирага Гэннай.